(495) 916-75-74

В мае Государственная Дума единогласно приняла внесенный Правительством проект изменений к действующему ныне закону «Об аудиторской деятельности». Необходимость внесения изменений в упомянутый закон объясняется тем, что повысились требования к качеству аудита. Действительно, законопроект предусматривает контроль качества работы аудиторских фирм. Однако, прежде чем рассматривать концепцию контроля качества, предлагаемую законопроектом, зададим себе вопрос:

Что есть качество аудита?

В приведенном в эпиграфе определении понятия «качество» под определенностью понимается некая объективная мера, являющаяся свойством объекта (гегелевское нечто), и способность субъекта (наблюдателя) к различению данной меры. При этом можно уже объективно судить о качестве объекта - «это или не это». А теперь посмотрим, можно ли применить вышесказанное к аудиту.

Цель аудита - выражение мнения о достоверности бухгалтерской отчетности аудируемых лиц и о соответствии законодательству порядка ведения бухгалтерского учета. Достоверность подразумевает степень точности данных бухгалтерской отчетности, которая позволяет пользователю этой отчетности на основании ее данных делать правильные выводы о результатах хозяйственной деятельности, финансовом и имущественном положении аудируемых лиц и принимать базирующиеся на этих выводах обоснованные решения (п. 3 Федерального закона № 119-ФЗ «Об аудиторской деятельности» в ред. от 30.12.2004). Если выделить из цитаты главное, то предметом аудиторской деятельности является выражение мнения о мере точности данных бухгалтерской отчетности и мере соответствия законодательству при ведении бухгалтерского учета. Следовательно, качество аудита есть тождественность мнения аудитора о мере искажений бухгалтерской отчетности и меры ее фактических искажений. То есть, если аудитор дал заключение, что отчетность достоверна (недостоверна), и никто не доказал иного, значит, аудит проведен качественно.

Будет ли кто-то спорить, что именно таким образом следует судить о качестве аудита? Кажется, все очевидно: если законодательно принять допустимую меру искажений показателей бухгалтерской отчетности, вопрос о качестве аудита и ответственности аудитора за некачественную работу будет разрешаться легко. Такая мера установлена статьей 15.11 КоАП и предусматривает административную ответственность за искажение любой статьи (строки) формы бухгалтерской отчетности не менее чем на 10 процентов. Но у аудиторов есть иные критерии оценки качества работы, недоступные пониманию непосвященных. Они-то и составляют главное

Таинство аудита Мера точности данных бухгалтерской отчетности, которая позволяет пользователю этой отчетности на основании ее данных делать правильные выводы и принимать базирующиеся на этих выводах обоснованные решения, называется в аудите уровнем существенности. Если пределы уровня существенности в отчетности не слишком искажены, аудитор высказывает положительное мнение о ее достоверности (с возможными оговорками), если же искажения превышают уровень существенности – аудитор выражается отрицательное. При этом следует понимать, что уровень существенности определяет сам аудитор, и не на основании каких-то общеизвестных нормативных актов, а «по своему профессиональному суждению» (см. п. 4 Правил (стандарта) № 4 «Существенность в аудите» (в ред. от 07.10.2004). То есть одно и то же искажение разные аудиторы будут оценивать по-разному. Это хорошо видно на примере, взятом из западного учебника по аудиту (Р. Адамс. Основы аудита. М.: Юнити, 1995):

Получается, что оценки уровня существенности у различных аудиторских фирм могут расходиться на порядок.

Аудит как завершающая стадия официального бухгалтерского учета осуществляется в интересах не только клиента, но и общества интересе. Он обеспечивает реализацию конституционного права на информацию в сфере предпринимательской деятельности и экономики. Это одна из конституционных гарантий единого рынка, единства экономического пространства как одной из основ конституционного строя Российской Федерации (см. Постановление Конституционного Суда РФ от 01.04.2003 № 4-П). Иначе говоря, аудит - инструмент обеспечения информационной и экономической безопасности граждан, бизнеса и государства. Если гражданин, доверяя подтвержденной аудитором благополучной отчетности банка, разместил в нем свои сбережения, а банк лопнул через неделю (в силу обстоятельств, о которых аудитор знал, но посчитал несущественными по сговору с администрацией банка или по некомпетентности), это означает, что информационная и экономическая безопасность данного гражданина не была защищена, за что несет ответственность Правительство (см. ст. 114 Конституции). Несомнеенно, в государстве, как едином экономическом пространстве, критерии достоверности бухгалтерской отчетности должны быть едиными для всех: для тех, кто составляет, для тех, кто подтверждает ее достоверность, и для тех, кто принимает решения на ее основе. Откуда пользователь бухгалтерской отчетности может знать, в каком настроении находился аудитор в момент подписания заключения, что в тот момент казалось аудитору существенным, а что нет? Почему общество должно полагаться на метод «экспертных оценок» (представляющий собой, собственно, гадание или шаманство), определяя степень достоверности бухгалтерской отчетности, ведь ее показатели, выраженные численно, вполне позволяют определить допустимый процент искажений? Однако действующее законодательство никак не защищает пользователей бухгалтерской отчетности от недобросовестности или некомпетентности аудитора. Тут и появляется «черный аудит», когда аудиторское заключение выдается без проведения проверки. При этом привлечь аудитора к гражданской ответственности невозможно, так как нет объективных критериев ненадлежащего исполнения аудитором своих обязательств. «Профессиональное суждение», и точка. Именно поэтому за 13 лет существования аудита в России не накопилось никакой судебной практики по привлечению аудиторов к ответственности за некачественное оказание услуг. Можно ли выиграть судебный иск у аудитора, если только он вправе решать, какое искажение существенно, а какое нет?

Может быть, поправки к закону об аудите что-то изменят? В рассматриваемом законопроекте предполагается, что контролировать качество аудита будут саморегулируемые аудиторские организации (далее – САО). Однако в законопроекте ясно видна подмена понятий. Вопрос об объективной мере качества аудита даже не ставится. Поскольку предварительный контроль качества работы аудиторской фирмы (до начала проверки) или контроль в ходе проведения аудита невозможен, внешний контроль со стороны САО может коснуться исключительно рабочей документации аудиторской фирмы. То есть контроль качества аудита, как оценка правильности выраженного аудитором мнения, подменяется на контроль качества составления рабочей документации по проведенным проверкам. Оцениваться будет не качество работы, а качество документирования работы. А уж клиентам аудиторских фирм и прочим пользователям бухгалтерской отчетности и вовсе не положено судить о качестве работы аудиторов. Таким образом, реальных мер по повышению качества аудита законопроект не предусматривает, следовательно, и вопрос о гражданской ответственности аудитора за недобросовестность или некомпетентность не рассматривается. «Черный аудит» может процветать и дальше (с составлением рабочей документации). Качество аудита будет оцениваться не по объективным параметрам, а по авторитетному мнению, что предполагает наличие иерархии авторитетов. Создание такой иерархии законопроектом предусматривается в форме «саморегулирования» аудита.

Образно описать результат «саморегулирования» можно будет следующей картиной: на поле (общество) пасутся бараны (аудиторские фирмы), которых постоянно стригут, а при необходимости режут пастухи (САО), а над всем этим – группа, хранящая монополию на знание, что есть достоверно, а что нет (шаманы). Такая вот «плановая» экономика.

Причем на роль шаманов могут претендовать только международные аудиторские компании, ведь только они владеют окончательным знанием о том, что существенно, а что нет. Такая ситуация обусловлена тем, что именно эти компании разрабатывают международные стандарты аудита и требования к качеству рабочей документации. Наши же САО обречены на послушное исполнение воли западных «авторитетов».

Что касается общества, то качественного аудита (т.е. достоверной экономической информации) оно не получит, поскольку вопрос о достоверности отчетности решается не по объективным критериям, а шаманско-знахарскими методами. По концепции законопроекта роль общества – фундамент финансовой пирамиды.

А может быть, не все так грустно? Может быть, на Западе с аудитом все в порядке? Ну что ж, давайте рассмотрим, что дает обществу

Аудит по международным стандартам Разработчики законопроекта представляют нам как эталон качества аудита международные нормы, а именно международные аудиторские компании. В России они работают с начала 1990–х годов. Тогда это была «большая шестерка». К настоящему времени она несколько сократилась, став теперь четверкой: Ernst & Young, Deloitte & Touche, KPMG, PricewaterhouseCoopers (PwC). Сокращение списка произошло вследствие внезапных банкротств таких компаний, как Enron, Worldcom, Swissair. Затем внезапные банкротства продолжились: Equitable Life, Reliance Insurance, Superior Bank, Банк «Балтия», Parmalat. Кроме того, у налоговой службы и Федеральной комиссии по ценным бумагам и биржам США имеются претензии ко всем компаниям «большой четверки». В том числе по «оптимизации» налогообложения, напоминающие о материалах дела «Юкоса».

Но это компании–гиганты. А в среднем и малом бизнесе внезапных банкротств тоже немало. Положение наверняка не лучше, чем в России. Кроме того, на Западе тоже присутствует такое явление, как «черный аудит», только называется он там «покупка мнения».

А как проявили себя западные аудиторы у нас? Если почти 15 лет работают, наверное, уже есть, чем гордиться? Да, действительно, почти во всех лопнувших за это время банках аудит проводили упомянутые компании - в соответствии с международными нормами и стандартами качества.

В общем, на Западе тоже сложная ситуация с аудитом. Но европейские аудиторы проявили творческий подход к делу. Повысить качество аудита они предлагают, разделив ответственность с акционерами. Именно так, это не описка. В Великобритании рассматривается законопроект об ответственности аудиторов, предлагающий аудиторам возможность договориться о соразмерной ответственности с акционерами аудируемой компании. Если законопроект пройдет, то аудиторы при отсутствии в договоре подобного пункта будут отказываться от сотрудничества с клиентами. Это вынудит акционеров принять соразмерную ответственность, либо они будут вынуждены обходиться без аудитора. Участники «большой четверки» назвали данный проект первым шагом на пути распространения подобной идеи в Европе.

Следует отметить, что инвестиционное сообщество на Западе не приветствовало такие новшества. Зачем снижать ответственность аудитора (аудиторский риск) без конкретных и существенных усовершенствований в качестве аудита? Позиция западных инвесторов логична и понятна. А российские держатели акций? Допустим, вы как акционер владеете акциями, кто-то управляет компанией, кто-то ведет в ней учет, кто-то это учет и управление проверяет, а вы за это еще и ответственны! А как быть ФГУПам? Российская Федерация должна заключать с аудиторами соглашение о солидарной ответственности за некачественную проверку?

Логики здесь нет и в помине. Что (или кто?) заставляет наше правительство увлекаться сомнительными западными идеями?

Спросите своих аудиторов: что они понимают под качеством аудита?

Что касается любителей бездумно принимать на веру все слова «большого бледнолицего брата», то ничего нельзя добавить к сказанному поэтом Федором Тютчевым:

Как перед ней ни гнитесь, господа, Вам не снискать признанья от Европы: В ее глазах вы будете всегда Не слуги просвещенья, а холопы.